?

Log in

No account? Create an account

Кафе · в · Париже


про "старое" и "новое"

Свежие записи · Архив · Друзья · Личная информация

* * *

Я не нарочно, оно само. Пытаясь обдумать некую тему, незаметно для себя вышла на другую и ставлю

 

Католицизм - гибкость, изобретательность, двусмысленность (иезуитство - вершина этой тактики), протестантизм - прямодушие и честность. Католицизм, наторевший в многовековых изощренных диспутах, вдруг испытывает тягу к "первоначальной чистоте" и буквальному пониманию слова.

Католицизм - превращение формы (обряда) в самоцель,
в протестантизме обряд принимает какие-то трансцендентные формы; католицизм, поздний, ясно видит условность и театральность культа, протестантизм делает попытку вернуть культу и обрядам смысл.

Средневековый карнавал - это предохранительный клапан, дренаж (тут ничего нового с уже сказанному и написанному не прибавишь). Протестантизм этим пренебрег. Революция этим пренебрегла, заставляя общество жить в возвышенном, в пафосе. Обряды нового культа разума - это серьезно, это не дренаж для эмоций толпы!.. По свидетельству ирландского путешественника и революционера, в 1796 г. (оргии, "НЭП") карнавалы и патриотические представления имели место, но (!) им была возвращена их сущность - условность и театральность.

(Кстати: немало французских революционеров были англофилами, даже в быту подражая английским квакерам - случайно ли?)

 

Католицизм допускает неверие первосвященников, отчуждает веру и обряд,
протестантизм говорит о прямом общении каждого с богом. И в упрощении обрядности, «казовой» стороны культа можно видеть стремление дотянуть повседневную жизнь до определенного духовного, сознательного уровня.

Католицизм со своими pro et contra, со своим логическим анализом досмеялся до безверия,
протестантизм возрождает веру.

Насмешками, изящным скепсисом, разумной критикой можно подготовить взрыв, но сотворить нечто новое под силу оказалось лишь вере, энтузиазму, прямодушию и одержимости. Одно не отрицает другое, напротив - одно без другого немыслимо и недейственно.

 

Если Старый порядок, саморазрушающую насмешливую и рациональную аристократию отождествить с католицизмом,
а Революцию - с Реформацией (не упуская, конечно, из виду, что всякое уподобление хромает!),
вы поймете мою аналогию.

 

*  *  *

Если бы я рассматривала эти два столкновения (католицизм-реформация, Старый порядок-Революция) в плане политическом или экономическом, то притянула бы и вполне установленную корреляцию между принадлежностью к определенной конфессии, родом занятий и деловыми качествами, и Энгельса бы не забыла - он видел в реформации чуть ли не фазу европейской буржуазной революции, и роль кальвинистского духа Женевы, коль скоро "Женева - Руссо - Революция"… Полагаю, тут можно накопать столько россыпей и слитков, и за, и против. Это будет детальное сопоставление, а не аналогия. Позиция духовенства до, во время и после революции - тема сама по себе интересная, но… я имела в виду гибкость не политическую.

 

Гибкость мысли позволила внутри католической теологии создать ядро, позволившее затем подорвать эту теологию. Но какое богатство, переливы, оттенки. Схоластические дискуссии - ни дать ни взять рыцарские турниры. Из этого, правда, отнюдь не следует, что мы сейчас же все покаемся, что нас озарит свет истины. Ведь наши жесты, речи, диспуты - игра, прелестная игра… "Если когда-либо сознательная и обособленная элита стремилась воспринимать жизнь как игру воображаемого совершенства, то это была среда Ренессанса… <…> Гуманизм, пожалуй, еще более замкнут в кругу посвященных и знатоков… притом они вносили в эту веру [христианскую] ноту искусственности и не до конца искренней серьезности. Речь гуманистов никак не хотела звучать прямо "по Христу". Кальвин и Лютер не переносили тона, в каком гуманист Эразм говорил о святых вещах. Эразм! Как сияет во всем его существе дух игры!"
Век XVIII
. Словесные турниры, расцвет эпистолярного жанра. Слова, слова, слова, второй смысл, третий смысл, терминология и подтекст… - Долой все эти витиеватости! Точность, чистота, ясность, полное совпадение слова и смысла! Да, слог 93-го года по-своему прекрасен. И главное, на него перешли те же авторы весьма свободных поэм…

 

Культ девы Марии, святых мучениц, почитание девственности - ни что иное, как куртуазность (инвертированная, выражаются психологи). Для дам - прекрасный молодой Христос, св.Себастьян, ангелы в большом количестве, полумрак исповедальни. - "Грех, разврат!" - ужаснулись протестанты. Долой иконы и картины, танцы и музыку, чувственность.
Век XVIII поставил множество разных проблем (даже некоторые решил), но большинство этих проблем рассматривалось через призму алькова. Вопросы любви вовлекали в свою орбиту все прочие. Особых доказательств уже не требуется, достаточно взять в руки Вольтера и репродукции Буше. Роль женщины в литературной, общественной и политической жизни была… По крайней мере, была. - Наполеон Бонапарт в полном согласии с генеральной линией Революции сказал: "Да молчит!.." И умолкла.

 

"Искусство управления государством: политика кабинетов, политические интриги и авантюры - воистину никогда еще не было до такой степени игрой. Всесильные министры или князья в своих близоруких деяниях, к счастью, еще ограниченных малоподвижностью инструмента власти и малоэффективностью средств, без особых забот социального и экономического характера… самолично с любезной улыбкой и учтивыми словами на устах подвергают смертельному риску могущество и благосостояние своих стран, словно собираются жертвовать слона или коня в шахматной игре <…> На каждой странице истории культурной жизни XVIII века мы встречаемся с наивным духом честолюбивого соперничества, создания клубов и таинственности, который проявляет себя в организации литературных обществ, … в страстном коллекционировании, … - и в подоплеке всего этого лежит игровое поведение." Его же, "игровое", легко увидеть в эпоху Борджа, Сфорца и Медичи. Характеристика останется верна. Придворная культура вообще восприимчива к игре. - Шометта, Робеспьера и Кутона нельзя помыслить на вершине революционной власти играющими. Играющий Кальвин или Джон Нокс - сочетание столь же абсурдное, "как раки с медом".

 

Суд. Изначально право (даже идеальное) несет в себе те же игровые элементы, элементы спорта и юмора, оно - от состязания, от поединка, фактического (в средневековье) или условного (фиктивные дуэли). И конечно, как мне видится, исход судебного разбирательства, особенно там, где есть институт присяжных, зависит от единоборства адвоката и прокурора. Последите внимательно за судебным заседанием. Какую роль играет строгое следование фактам и логике, а какую - красноречие?.. - Убрав адвоката со сцены, лишив подсудимого возможности "состязаться" самому, разве не уничтожил революционный суд дух игры?

 

Наконец, одной из черт игры является отношение к нарушителям. "Шулер" делает вид, что играет, и общество играющих легче извинит его, чем отрицающего правила игры, ломающего этот временный мир. "В мире высокой серьезности шулерам, мошенникам и лицемерам тоже всегда доставалось меньше, нежели тем, кто нарушал игру: вероотступникам, еретикам, неофитам, узникам совести". - Имеем мы право поставить в один ряд реформаторов и революционеров как "кайфоломщиков"?..

"Правда (!!!), часто бывает так, что эти узники совести, не мешкая, образуют новое сообщество, с новым собственными правилами. Именно outlaw (изгой), революционер, член тайного клуба, еретик - все они необычайно подвержены сплочению в группы и одновременно почти всегда обладают сильно выраженным игровым характером."

Да, они тоже. Но потом. И францисканцы давали обет бедности совершенно искренне, пытаясь жить по Христу, и реформаты тянулись к чистой жизни, и Мерлен из Тионвиля (почему это загодя отрицать?) горел патриотическим огнем…

 

Концепцию игры разрабатывал Хейзинга. Он не делал явного сопоставления реформации и ВФР, но из его замечательных текстов выводы так и напрашиваются. "Homo ludens - Человек играющий" - большинство цитат оттуда.

ГлавВрач

Метки:
* * *
* * *
[User Picture]
On Сентябрь, 7, 2008 08:33 (UTC), caffe_junot commented:

По крайней мере, очевидно: если тексты Эразма «льются» и «пьются», то Лютер даже под соусом Меланхтона царапает горло. При революционной диктатуре будем назначать это чтение в качестве наказания. ;)

Что ж… Если католическую веру в благодать и спасительную силу церкви каким-то образом сравнить с насмешливым фатализмом старой аристократии, то Te Deum и После нас хоть потоп можно поставить рядом. А вот непосредственное откровение протестантов напоминает «вдохновление республиканской совестью» из прериальского закона.

В чем еще можно отметить сходство?.. В битвах вроде Революции и Реформации нейтралитет оказывается невозможным, а нейтрал - самым битым. Действует принцип «пусть погибнет мир, но свершится справедливость». Это - общее.

Что еще?.. Угасающая культура особенно пышно расцветает. Доказательства излишни. Для католицизма и Старого порядка это - общее.

Что… Очевидно, что всякая революция в чем-то является возвратом, отрицает уже достигнутое - и при этом обладает тем, чем общество и дух не обладали доныне. В этом смысле все революции аналогичны.

И то, что вначале Революция-Реформация объединяет, консолидирует, а потом начинаются расколы, партии, фракции, секты - тоже аналогично. И заканчивается уподоблением предшественникам (термидорианский порыв «наслаждаться жизнью» - пародия на старый порядок; контрреформация соревнуется с реформацией, кто нетерпимей и одержимей).

И то, что лозунги-догматы, такие свежие, живые поначалу, «опустевают» - тоже аналогично. Как только вместо творчества народа возникает институт (нов. церковь, нов. устойчивое правительство), так и начинается спуск под гору.

Между прочим: Вы помните, что Цвейг тоже дал аналогию, причем очень конкретную. Эразм - жирондист, Лютер - Робеспьер, Мюнцер - Марат? Если в политическом плане, то - может быть. В психологическом, конечно, неверно.

* * *
[User Picture]
On Сентябрь, 7, 2008 10:13 (UTC), caffe_junot commented:
Имеем мы право поставить в один ряд реформаторов и революционеров как "кайфоломщиков"?..

"Правда (!!!), часто бывает так, что эти узники совести, не мешкая, образуют новое сообщество, с новым собственными правилами. Именно outlaw (изгой), революционер, член тайного клуба, еретик - все они необычайно подвержены сплочению в группы и одновременно почти всегда обладают сильно выраженным игровым характером."


Я как стояла на позициях диалектики, так и стою, "и не могу иначе", яко патер Мартин :))).
Эта фраза товарища Хейзинги согласует все - и отмеченные тобой противостояния (они же действительно есть) между "старым" и "новым", и тот очевидный факт, что "новое" имеет такой же игровой характер. И Революция, и Реформация. Все эти жесты Лютера, на Вормском рейхстаге в частности, пусть даже это обработано легендой, - изрядно театральны.

Я вот над чем задумалась, граждане. Есть еще одно действие "отрицания отрицания": каким образом театральность Революции в конце концов дошла до societe du spectacle (в теории Ги де Бора)? Где, на каком этапе человек перешел в массовом порядке из актеров в зрители своей собственной жизни?..
[User Picture]
On Сентябрь, 7, 2008 12:33 (UTC), marianne68 replied:
Есть еще одно действие "отрицания отрицания": каким образом театральность Революции в конце концов дошла до societe du spectacle (в теории Ги де Бора)? Где, на каком этапе человек перешел в массовом порядке из актеров в зрители своей собственной жизни?..
Зацепила :). думаю...
* * *
[User Picture]
On Сентябрь, 7, 2008 12:32 (UTC), marianne68 commented:
Сравнение интересное. Во всяком случае, во многих поступках и словах революционеров и реформаторов чувствуется желание сбросить разом весь груз накопившихся (накопленных, Старым порядком и католицизмом) ходячих формул, смысловых и поведенческих клише, искусственных сложностей. Что-то к этому близкое было в движении русских демократов-"опрощенцев". Желание вернуться к простоте, ясности, "естественности", к "НАЧАЛУ" (начало - понятие условное и мифическое, но, тем не менее), разумной необходимости и логики однозначности.
Но эта тяга к простоте в конце концов становится манией, с одной стор., и своего рода игрой. Форма, в которую обличены мысли, становятся важнее самой мысли. Как раз та ситуация, которую Жан Полан обрисовал в "Тарбских цветах".
* * *
[User Picture]
On Сентябрь, 7, 2008 15:59 (UTC), lillibulero commented:
Парадокс "никто не хотел быть новатором"
- но каждый им стал.

Это перекликается с заявлением Сальвадора Дали: "Я против революции - за традиции" (надо учесть, однако, эпатаж и вызывающие художественные приемы автора высказывания).

Но как бы ни хотелось брату Мартину и ригористу Сен-Жюсту - возвращение не может быть полным, точным, один к одному.

И - новаторство никогда не лишено полностью связи с предыдущим.
* * *

Previous Entry · Оставить комментарий · Поделиться · Next Entry